Важное разъяснение по вопросу правопреемства в судебных расходах было сделано Районным судом, который подтвердил, что такая возможность облегчает доступ граждан к правосудию. Об этом сообщается в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 20 октября 2026 г. № 60-П, касающемся проверки конституционности части первой статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, основанного на жалобе гражданки Феофиловой Оксаны Олеговны.

Правовая ситуация возникла в результате обращения адвоката, который в 2020 году заключил соглашение о предоставлении юридических услуг со своим доверителем. В дальнейшем стороны подписали договор цессии, согласно которому доверитель передал своему представителю требование к ответчику о возмещении судебных расходов, понесенных в ходе гражданского дела, в счет исполнения обязательств по оплате услуг адвоката.

С учетом того, что требования в этом деле были удовлетворены на 93%, адвокат подал иск с просьбой признать себя правопреемником доверителя в части возмещения судебных расходов на сумму более 450 тыс. рублей. Однако в удовлетворении иска ей было отказано.

Судебные инстанции обосновали свое решение буквальным толкованием понятия "понесенные судебные расходы", указанного в части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса. Суд пришел к выводу, что без фактического уменьшения имущественной массы сторон судебные расходы не могут считаться понесенными. Таким образом, для того чтобы адвокат мог реализовать уступленное право на возмещение расходов в качестве оплаты своих услуг, истец должен сначала фактически перечислить ей деньги за эти услуги.

В своем постановлении Конституционный Суд РФ заявил, что оспариваемая норма не противоречит Конституции Российской Федерации. "Конституционно значимая цель оспариваемой нормы заключается в обеспечении доступности правосудия для сторон спора, сняв с них имущественное бремя, связанное с необходимостью участия в судебном процессе", – отметили судьи. Толкование, допускающее возможность уступки права на возмещение судебных расходов в пользу представителя, способствует достижению этой цели более эффективно, чем толкование, примененное в конкретном деле заявительницы.

Таким образом, дело Феофиловой подлежит пересмотру с учетом нового понимания правоприменительной практики, что открывает дополнительные возможности для адвокатов и их доверителей в вопросах возмещения судебных расходов.